Истребитель Валентин Иванович Голубев (1918-1940) погиб и похоронен в Финляндии

 

Андрей Кашкаров,
академик МАСТ, председатель Санкт-Петербургского отделения

История Советско-Финской войны 1939-1940 года напоминает о трагедии словами А.В. Cуворова: «войну нельзя считать законченной, пока не похоронен последний погибший солдат».

Валентин Иванович Голубев, младший лейтенант ВВС РККА в возрасте 22 лет погиб 26 февраля 1940 года при бомбардировке железнодорожного моста у озера Ристиярви, одноименного населенного пункта и перекрестка дорог. Истребитель И-153 cномером 6820 упал южнее, в районе железнодорожной станции Контиомяки (координаты: 64°20'17"N   28°6'51"E, вблизи дороги Е63, ближайшие города: Каяани, Оулу, Куопио), провинция Кайнуу, на востоке бывшей губернии Оулу, Финляндия.

 

По данным РГВА значится, что летчик «не вернулся из боевого вылета 26 февраля 1940 года», а в донесении, поданном по команде, говорится, что командир звена видел падение самолета И-153 № 6820, который после сброса двух авиабомб вспыхнул, и разбился, причем зенитного огня с земли не было, воздушного боя с финскими летчиками тоже. Есть версии падения, в том числе от финнов, наблюдавших бомбометание с земли, будто Голубева сбили пулеметным огнем свои же. Альтернативная: на самолете произошел самоподрыв одной из прикрепленных к подкрылкам авиабомб. По версии наших летчиков, участвовавших в бомбометании, Голубев вошел в пикирование, сбросил две ФАБ-50 (пятидесятикилограммовые фугасные авиабомбы), но потом внезапно вспыхнул, и упал на землю недалеко от дороги. Как полагают в России, на самолете взорвались оставшиеся на борту две авиабомбы АО-8 (весом 7-8 кг), либо загорелась бензопроводка. Но версия не выдерживает критики по техническим соображениям. Это была довольно надежная машина: число боевых вылетов на одну потерю для И-15бис, И-153 и И-16 оказалось наибольшим среди всех типов использовавшихся на фронте боевых самолетов как в советско-финскую, так и в ВОВ за время эксплуатации самолетов этого типа, а с 1938 по 1941 всего их было изготовлено 3437 единиц. И, тем не менее, если уточнить, что массовое производство И-153 началось только с осени 1939 года, а первый испытательный полет произведен в августе 1938 года, говорить о какой-либо серьезной опытности летчиков в обращении именно с этом машиной, не приходится.

Голубев, фактически воевал с начала 1940 года - летал на истребителе И-153, которые к началу финской кампании начали поставлять в войска. Бипланы (два крыла) И-153, спроектированные как модификация истребителя И-15 в КБ Поликарпова, называли «чайками» - главным образом за форму крыльев и фюзеляжа (кабина летчика с прицельным приспособлением располагалась именно в выемке у основания крыльев), эти машины, даром, что истребители, могли нести несколько авиабомб. Самолеты считались и штурмовиками, и истребителями, поскольку их боевая нагрузка включала до 150 кг авиабомб, а из скорострельного вооружения – две синхронные малокалиберные пушки и пулемет ШКАС. При том, что самолеты не имели бронирования жизненно-важных частей, они могли нести бомбы типов АО- 8, АО-10, АО-15 и другие. Авиабомбы того времени представляли собой переделанные артиллерийские снаряды, к которым в хвостовой части дополнительно приваривали стабилизатор – для вертикального пикирования.

Интересно почему люди, чью землю бомбил советский летчик Валентин Голубев, посчитали необходимым сохранить о нем память, и ухаживать за его могилой? Здесь, в окрестностях Контиомяки действительно считают, что летчика сбили свои же. В Контиомяки могилу знает и стар, и млад. Есть инициативная группа финских граждан, которые ищут родных летчика. Мне удалось поговорить с Пааво Ромппайненом, из области Кайнуу, который представляет финских неравнодушных граждан, и доступными способами осуществляет поиск родных нашего летчика. С 1940 года прошло уже 78 лет, это большой срок для истории одного поколения. Ведь мы понимаем, что прямых наследников, родственников «первой очереди» уже нет и прямых потомков летчика, с учетом его возраста, возможно, тоже. Местные жители рассказали, что обломки самолета лежали на месте крушения, в стороне от проезжей дороги, вплоть до 60-х годов ХХ века, напоминая немым укором о судьбе летчика. В региональной и даже «главной» прессе Финляндии, телерепортажах, об этом говорилось неоднократно, и, что интересно, намного больше, чем в Советской России, где, как это не прискорбно констатировать, о погибшем летчике почти сразу забыли. Да и кому о нем было вспоминать – жертв советско-финской или «Зимней», как ее называют финны, войны было много. Финны бережно ухаживают за могилой, и сегодня хотят установить советскому летчику памятный знак с «расшифровкой» на трех языках – финском, русском, английском. Подобное памятники сегодня есть на территории Карельского перешейка, к примеру, в окрестностях н.п. Барышево Выборгского района, Ленинградской области, где мне нередко приходится бывать. Это место буквально полито кровью финских и советских солдат, в 1940-м и 1944-м годах на переправе Вуосалми проходили жестокие бои. На месте разрушенной церкви Яюряпяя (сегодня окрестности Барышево) установлены памятные знаки совместными усилиями финских и российских деятелей. Пааво Ромппайнен и другие его земляки рассказывают, что делом поиска родных летчика и сведений о нем занимались еще их отцы, искали информацию в архивах; таким образом, у общества непрофессиональных финских поисковиков давняя история, связанная с нашим летчиком, и существует даже преемственность поколений, объединенных одной целью. Но для финских историков и краеведов существует одна серьезная и естественная преграда – языковой барьер.

«Кто ты, Валентин Иванович?», - так ставят вопрос финны, так же спрашивает меня П. Ромппайнен. «Твое имя напоминает русское, но генетические исследования доказывают, что ты был украинцем. Мы хотели бы также выяснить, остались ли у него родственники, и знают ли они, что Валентин был похоронен вблизи места крушения самолета 27.2.1940 г.», - это буквально прямая речь из нашего насыщенного общения. Финны также хотят поставить надгробный камень с фотографией, как здесь говорят, в «советском стиле». Все понимают, что дальнейшее выяснение истории летчика без участия российской стороны практически невозможно. Выгода, получаемая российской стороной это основательное выяснение данного случая.

Финны выходили на наших поисковиков, но большого толка не случилось, кроме разбросанных в разных местах интернета кличах о поиске родных летчика и его анкетных данных, дальше продвинуться не удалось. Более того, в скромных по информативности объявлениях, многократно растиражированными на разных сайтах уже моими согражданами, есть фактические ошибки. Мы провели свое исследование, и начали поиск с максимально возможного по точности определения служебного пути Валентина Ивановича 1918 года рождения, чтобы получить ответы из архивов. Еще один предпринятый нами путь - запрос в военкоматы, по месту возможного призыва. Обычно в военкоматах есть «книга призыва», в которой отслеживается весь путь призывника (по ней находят наших фронтовиков времен Великой Отечественной войны). Самое главное, найти откуда был призыв...

Мы знаем, что летчик В.И. Голубев воевал на северо-западе Карельского перешейка. Мы сделали официальный запрос в Государственный Архив Министерства Обороны для установления сведений о мл. лейтенанте Голубеве В.И, предварительно выяснив все его перемещения по службе со времени поступления во 2-ю военную школу летчиков (ВШЛ) в феврале 1938 года. Позднее 2-я ВШЛ, которую в свое время закончил Валерий Чкалов, стала Борисоглебским ВВАУЛ им. В.П. Чкалова. Мы инициировали поиск анкетных данных мл. лейтенанта Голубева и там. Выяснилось, что большинство летчиков приходили в такие школы после окончания курсов пилотов и летных техников Осавиахима, подразделение которых также было в Борисоглебске, и на курсы брали как школьников старших классов, так и рабочих – без отрыва от производства. С присвоением по окончании курсов квалификации «пилот запаса». Среди них были и девушки. Большинство молодых летчиков, закончивших в 1938 году 2-ю ВШЛ в Борисоглебске шли именно таким проторенным путем, а выпуск 1938 года составил 222 человека, среди которых и был Голубев. Таким образом, мы установили, что В.И. Голубев, 1918 года рождения по призыву в Красной армии не служил. Ибо в 1936 году вышло очередное постановление СНК СССР о военной службе, согласно которому молодые люди призывались в РККА с 19 лет. Поэтому Голубев, в силу возраста, не мог служить с «рядового» уровня солдата, он сразу поступил на курсы техников, а, закончив их – в 2-ю ВШЛ. Затем его путь также удалось отследить.

15 января 1940 года полк, в котором служил Голубев, получил приказ перебазироваться на аэродром Реболы для поддержки действий сухопутных дивизий, герои которых, как мы знаем, замерзали без надлежащего снабжения в районе Суомуссалми. Именно на 80-м сап лежала задача защищать и снабжать по воздуху попавшие в окружение части. Для этого полку были оперативно подчинены две истребительных авиаэскадрильи 152 иап. Именно из Реболы, со льда озера Лексозеро, совершил свой последний боевой вылет младший лейтенант Голубев.

Представляется важным рассказать о вызывающей уважение инициативе финнов, установить дальних родственников летчика, рожденного в 1918 году, погибшего на финской территории 26 февраля 1940 года, хотя бы в год столетия со дня его рождения.

 

 

Поделиться в соц.сетях

© 2018 Институт нравственности. Все права защищены.

^ Наверх